К семиотике ноосферы

К СЕМИОТИКЕ НООСФЕРЫ

В.Лозовский

 

Abstract: Civilization has brought us into the noosphere world. Besides physical, around (and inside of) us exist and function also mental and cultural entities. It is impossible to perform now knowledge acquisition, knowledge base creation and organizational systems management without adequate consideration of object’s noospheric statuses. We tried here to clarify basic viewpoints concerning this issue, hoping that elaboration of common me­tho­dological foundations of semiotic modeling will be useful for developers and also for users of new generation automation systems.

Keywords: noosphere, antroposphere, semiotics, modeling, ноосфера, семиотика, моделирование.

Самыми сложными, в плане управления, являются организационные системы. Для подобных систем ха­ра­ктерно почти полное отсутствие надежных математических моделей. На ведущие позиции выдвигаются требования эргономики, естественности моделей с точки зрения «человеческого» восприятия, легкости их сопровождения и перманентной модификации. Становится ясно, что в этих условиях не обойтись без ме­тодов прикладной семиотики, позволяющих сблизить представления человека с компьютерными реализа­циями. С другой стороны, необходимо более строго определить статусы объектов, с которыми приходи­т­ся сталкиваться в организационных системах, с учетом того, что фактически перед нами задачи управ­ле­ния в условиях ноосферы.

Представленный в данной работе материал отражает начальные этапы наших исследований в данной об­ласти. Отсюда – повышенное внимание философско-методологическим вопросам, формулировке основ­ных определений. Мы поставлены в условия, когда необходимо разобраться в новой сложной системе по­нятий и постараться выработать некий общий язык, адекватный новому типу задач.

Ограниченность возможностей строгих моделей для мягких предметных облас­тей является следствием принципиального несоответствия формального языка реальному знанию, которым обладают специалисты в этих предметных областях. Это знание характеризуется высокой антропоморф­но­с­тью: неопределен­ность, неоднозначность, неточность, большая доля качественных и лингвистических характеристик и оце­нок (большой, значительный, опасный, перспективный, устойчивый, обоснованный, «оказывает отрица­тель­ное влияние на ...», «нежелательные последствия» и т.п.). Присутствует и, так на­зываемый, «челове­че­ский фактор» (субъективность, эмоциональность, усталость, невнимательность, нелогичность, лень, сложная и динамичная структура межличностных отношений – симпатии, антипатии, доверие, предрас­судки, обида, благодарность, месть, семейные отношения, «чувство справедливости», «чувство долга», «чувство глубокого внутреннего удовлетворения», способность работать в команде, на­ли­чие собственного механизма целеполагания и реализации целей). Существующие методы моделиро­ва­ния практически пол­ностью игнорируют человеческий фактор.

Научно обоснованный подход к задачам управления в подобных областях требует, прежде всего, вырабо­тки парадигмы представления знаний о реальном мире, а также методов работы с этим знанием: накопле­ние, интеграция, верификация, телекоммуникация. Мир вошел в эпоху информационного общества. Одна­ко практически нет результатов по разработке языковых средств адекватных поставленной задаче. В свое время к ней пытался подойти Ньютон, но он настолько опередил свое время, что от этой задачи ему при­ш­лось отказаться. Серьезные шаги в этом направлении были сделаны В.И.Вернадским [Вернадский, 1943], который и предложил использовать термин «ноосфера» для полного, корректного и эффективного учета всего объема знаний, накапливаемых обществом, но в его время не была проработана прикладная семиотика, подходы к представлению знаний.

Процесс образования ноосферы метафорично и романтично пояснил М.Пришвин [Пришвин, 1957]: «Где-то на невидимом небе всего человечества бродят скопленные всеми веками великие мысли, бросают те­ни, как облака, а по этим теням особенно чуткие люди догадываются и понимают сами мысли».

Термин «ноосфера» использовался и до Вернадского – философом-идеалистом Леруа и антропологом-католиком Тейлором де Шарденом. По мнению последнего, ноосфера на Земле возникла под воздей­стви­ем божественного разума, духа. По большому счету, нам сейчас почти безразлично, как это произошло – в результате естественной эволюции или по воле Господа. Но для исследователя гипотеза божественного происхождения человека и ноосферы ставит крест на пути познания – в прямом и переносном смысле.

Мы будем исходить из того, что история Земли включает следующие последовательные стадии:

·   космическая – определяющая процессы трансформации Вселенной, которые привели к образованию нашей галактики, солнечной системы и Земли;

·   геологическая – неорганические процессы, происходящие в твердой, жидкой и газообразной средах (при этом космические факторы продолжают оказывать существенное влияние на процессы, происхо­дя­щие на Земле);

·   биологическая – появление жизни на Земле и возникновение специфических процессов, связанных с жизнедеятельностью живых организмов; человечество на ранних стадиях своего существования;

·   цивилизация – дальнейшее развитие человеческой деятельности: освоение природных ресурсов, во­ль­ное или невольное вмешательство в геологические и биологические процессы, состояние окружаю­щей среды; с течением времени, цивилизация стала оказывать все более заметное влияние на состо­яние Мира и на процессы его трансформации;

·   ноосферная стадия – эпоха, при которой резко возросший объем знаний человечества о мире, со­провождающийся еще более увеличившимся и заметным в планетарном масштабе влиянием на окру­жа­ющую среду, требует и делает возможным кардинальное изменение стратегий человеческого пове­де­ния для всесторонне гармоничного развития цивилизации с учетом всех планетарных факторов.

Дадим свое рабочее определение понятию «ноосферная стадия развития человечества». Это – та­кая стадия, при которой выполняются следующие условия – «нооусловия» - определяющие переход от концепции «разумного человека» к концепции «разумного общества».

1.     Научный, технический, социальный, этический, моральный и культурный потенциал человечества до­стиг такого критического уровня, при котором возможно выполнение всех нижеследующих условий.

2.     В качестве цели развития человечества принимается максимальное удовлетворение запросов каждой личности в той мере и постольку, поскольку это не противоречит удовлетворению запросов других ли­чностей.

3.     В качестве ведущего морального принципа устанавливается принцип обратимости действия и реакции (относись к другим так же, как ты хочешь, чтоб относились к тебе).

4.     Формируется глобальная распределенная база данных и знаний (ГБ) справочного, теоретического и прикладного характера о свойствах,  состоянии Мира (физического и ментального) и о процессах в нем происходящих; по сути, - модель Мира.

5.     Возникает развитая информационно-телекоммуникационная инфраструктура, которая обеспечивает эф­фективную связь членов общества между собой и доступ к ГБ для ее формирования, контроля, соп­ровождения и использования при принятии решений на всех уровнях жизнедеятельности общес­т­ва.

6.     Юридические, социальные, административные, воспитательные, образовательные и политические функции общества ориентируются на наиболее эффективное выполнение указанных выше условий.

Выполнение п. 5, благодаря Интернету, можно считать принципиально решенным вопросом. В то же вре­мя, готовность общества к реализации п. 4 сдерживается трудностями смены парадигмы общественного мышления, культурной ориентации, недоработанностью вопросов интеграции знания и методов модели­рования для «мягких» ПОб, каковыми и являются системы гуманитарных знаний и управление организа­ци­онными системами.

Семиотический подход к проблеме моделирования позволяет сохранить высокую степень корреляции ме­жду реальным миром и моделью, что помогает строить модель и сопровождать ее в процессе всего жиз­ненного цикла разработки.

Семиотика – наука, исследующая структуру, свойства и динамику формальных символьных систем в их отношении с физическим и культуральным миром с позиций познающей мир системы, построение и испо­льзование символьных моделей действительности, правила интерпретации, манипуляции и поведения та­ких моделей.

Истоки семиотики прослеживаются, начиная от работ античных философов. Более четкое изложение ба­зо­вых понятий было выполнено Г.Фреге [Frege, 1892]. Понятие сигнификации было введено А.Черчем [Church, 1956]. Фундаментальное исследование свойств базовой триады семиотики – вещей, свойств и от­ношений – было предпринято А.И.Уемовым [Уемов, 1963]. Э.Ф.Скороходько [Скороходько, 1962] был в чи­сле первых, предложивших строить компьютерные модели в терминах отношений – «rx-кодов». Это нап­ра­вление было в дальнейшем развито в работах по ситуационному управлению [Поспелов, 1975, 1986]. Формулировка и уточнение понятий прикладной семиотики при использовании сетевых и реляционных си­стем представления знаний содержится в работах [Лозовский, 1979 – 1999].

Прикладная семиотика отличается тем, что в ее рамках речь идет не о чисто формальных, а о вполне реальных символьных моделях, реализуемых средствами вычислительной техники для целей моделиро­ва­ния и управления реальными прикладными объектами и системами.

Компьютерные семиотические модели обладают изначальной семантической глубиной, позволяя на их ос­нове выполнять процедуры ассимиляции нового знания, проверки на непротиворечивость и полноту, строить планы целенаправленного поведения, осуществлять содержательный контроль поведения сис­тем, диагностирование, принятие решений по управлению, взаимодействовать с  системой моделирова­ния в терминах привычных человеку поведенческих понятий: действия, состояния, цели, сценарии, проце­дуры, функции. Этих свойств лишены скомпилированные программные решения на языках низкого уров­ня. Семантика на этом уровне уже потеряна, присутствуют лишь рецепты выполнения тех или иных дейс­твий – без объяснений мотивировок. Остановимся на основных определениях.

Универсум – множество всех сущностей (объектов) Вселенной (ноосферы).

Сущность, или объект – нечто, выделенное наблюдателем из универсума с позиций определенных прагматических соображений, на что направлено наше внимание, о чем мы говорим или думаем, на что ссылаемся тем или иным образом, например, «Черное море», «находиться западнее», «христианство», «гравитация», «социалистическое соревнование», «устойчивое развитие экономики региона»…

Любое исследование, анализ, моделирование предполагает вычленение из всего универсума некоторого его подмножества, которое мы будем называть предметной областью (ПОб). Обычно ПОб включает в себя как непосредственно объект исследования, моделирования и/или управления, так и его окружение, называемое средой. Их взаимодействие и взаимовлияние должно рассматриваться в комплексе.

Еще один деликатный момент связан с отношением между моделью и моделируемым объектом. Вклю­чать ли модель в Поб? И, наконец, - как быть с исследователем, который изучает данную ПОб, строит мо­дель, делает на ее основании какие-то выводы и затем использует полученное знание в непосредствен­ной работе с прототипным объектом? Модель, в свою очередь, тоже может быть непосредственно связа­на с объектом моделирования, получая с него данные непосредственных измерений. Результаты же мо­де­лирования, в свою очередь, могут прямо или косвенно оказывать воздействие на объект моделирова­ния, на исследователя и на пользователя-управленца.

Предметная область (Поб) – множество всех сущностей (объектов), имеющих существенное отноше­ние к решаемой задаче анализа, моделирования или управления.

Давая столь широкое определение понятию ПОб, мы отдаем себе отчет в том, что при этом мы грешим против классических философских канонов. В рамки нашего рассмотрения оказыаются включенными как «материальные», так и «идеальные» сущности. С точки зрения «чистой» науки, это тяжелый грех, концеп­туальный винигрет. Ответов здесь два.

Во-первых, жизнь нас подталкивает к принятию ноосферного подхода к управлению ОС, к существованию в современном мире. Поскольку в мире фактически на равных правах действуют как материальные, так и «идеальные» объекты, наша картина мира должна это максимально адекватно учитывать.

Во-вторых, то, что было не под силу классической философии, становится возможным сейчас, на базе се­миотики и исследований в области представления знаний. Требуется смена парадигмы в условиях, когда есть необходимые для этого средства.

ПОб включает в себя множество сущностей - d-сущностей – domain entities. В том же смысле мы будем употребяль термин «объект» - нечто, на что обращено наше внимание, что является предметом нашего рассмотрения. Подчеркнем, что под «сущностью», «объектом» мы понимаем не только предметы, а все то, что фигурирует в нашей картине мира, пусть даже нечто совершенно эфемерное.

C точки зрения ноосферного подхода в нашей интерпретации, сущности могут иметь один из трех ноос­фе­рных статусов: быть физическими, ментальными или культуральными.

Физические сущности (P-сущности) – это объекты реально существующие, или бесспорно существова­в­шие в физическом мире. Вопрос установления реальности существования – стародавний философский вопрос, одно из главных полей сражений между материализмом и идеализмом. Несмотря на наличие оши­бочных, спорных и пограничных ситуаций (флогистон, НЛО, телекинез, всемогущий Господь), мы вы­нуждены использовать подобное нестрогое определение, поскольку оно все-таки вносит упорядоченность в терминологию и используемые понятия и позволяет специалистам сблизить языки описания ПОб, лучше понимать друг друга. Как это ни дискомфортно, но мы должны смириться с положением, что полностью формальным этот процесс быть не может. Просто, мы должны иметь возможность при изменении когни­ти­вных позиций разработчиков и пользователей системы моделирования, оперативно внести необходи­мые исправления и уточнения в модель.

Ментальные сущности (m-объекты) – сущности, формируемые в мыслящих системах интеллектуаль­ных субъектов (ИС) – мысли, идеи, представления - и используемые для целей познания, анализа, моде­ли­рования, прогнозирования, планирования.

Речь может идти о биологических субъектах (люди, животные), либо о субъектах искусственного проис­хо­ждения – роботы, экспертные системы, системы поддержки принятия управленческих решений, системы искусственного интеллекта. Для нас не имеет значения физическая природа этих сущностей и протекаю­щих процессов. Важны их когнитивные – семиотические и функциональные свойства, динамика взаимо­дей­ствия с другими m-объектами данного субъекта и окружающим миром, процессы преобразования ин­формации. Помимо «образов» конкретных р-объектов (Украина, А.С.Пушкин, памятник Дюку и т.д.), в моз­гу ИС могут существовать чисто абстрактные (математические теории, концепция жилища, «что такое хо­рошо» и т.п.), а также вымышленные, фольклорные, мифологические, религиозные понятия, которые, в принципе, не имеют p-прототипов.

Мы приходим к заключению, что m-объекты – специфические сущности, которые существуют в особой среде: в мыслящем мозгу ИС. С одной стороны, они безусловно объективны, поскольку формируются в материальной среде и с помощью материальных, вполне реальных биологических, химических, электри­ческие процессов, имеют материальные носители, а с другой, они субъективны, присущи конкретному еди­ничному индивидууму и с большим трудом поддаются экспликации как самим индивидуумом, так и сто­ронним наблюдателем – собеседником, психоаналитиком.

Интеллектуальный субъект (ИС) – это субъект, который:

·   обладает уникальной способностью: строить в своем мозгу модель окружающей среды и себя в ней; эта модель должна адекватно, объективно отражать существенные свойства соответствующих p-объек­тов;

·   обладает способностью к целенаправленной деятельности;

·   способен строить и модифицировать свою систему представления знаний, включающую абстрактные m-сущности, пользоваться аксиоматическим методом, приемами работы с определениями, приемами дедукции, индукции, абдукции, обладать алгоритмичностью мышления;

·   обладает способностью к обучению, самообучению, планированию своей деятельности, реализации пла­нов, навыками активного взаимодействия с окружающей средой в процессе получения необходимой информации и реализации целенаправленных действий.

Объективность отражения устанавливается апостериори – по результатам целенаправленной деяте­льности данного ИС: если она успешна, можно утверждать, что модель отражала действительность объе­ктивно.

Цивилизация, интеграция знаний и умений, общение ИС, воспитание и обучение молодежи были бы нево­зможны, если бы результаты интеллектуального творчества оставались на уровне m-объектов отдельных индивидуумов. Мы с необходимостью приходим к выводу о существовании третьего типа сущностей – куль­туральных объектов (с-объектов).

Культуральные сущности (C-сущности) – это объекты «культурального мира», созданного эво­люцией и цивилизацией в рамках человеческих сообществ, в самом общем представлении: науки, искус­ст­ва, обычаи, религии, ритуалы, законы, нормативы, планы, «человеческие» отношения (страх, нена­висть, любовь, доверие, восхищение, удивление, ирония и т.д.).

C-объекты – очень непростые сущности, это – кентавры, представляющие собой синтез объективных и субъективных характеристик. Они представляют собой, как бы, объективизированный аналог m-объектов – поскольку они отчуждены от конкретных субъектов. С-объекты не существуют «в природе». Они «мате­риализуются» лишь в процессе интерпретации некоторой ИС.

Различие между m- и c-сущностями можно пояснить на таких примерах. Замысел «Войны и мира», появи­вшийся у Льва Толстого – это система m-сущностей. Созданный роман, опубликованный, прочитанный и понятый различными людьми – это уже с-сущность, Она может быть предметом обсуждений; существуют более или менее канонические толкования образов этого романа, ими можно пользоваться в метафори­че­ском смысле, и подобные метафоры образованными людьми будут восприниматься сходным образом.

Иногда возникает соблазн вообще отказаться от этой гносеологической категории, и считать с-объекты обычными p-объектами, с которыми у них действительно много общего. И очень часто знания о каком-ли­бо c-объекте гораздо более полны и систематизированы, чем об ином p-объекте. Так, Красная Шапочка или Кот Матроскин из Простоквашино для нас гораздо более знакомы и понятны, чем гидрогеологические особенности северо-западного шельфа Черного моря.

Часто с-объекты имеют материальные корреляты в виде р-объектов. Некоторые с-объекты обходятся и во­обще без материальных коррелятов – например, устное народное творчество, «неписаные законы».

Для иллюстрации «реальности» с-объектов обратимся к юридическому примеру: «фактический брак» - совместное проживание и ведение хозяйства. Если есть основания признать конкретных граждан находя­щимися в состоянии фактического брака, то возникают определенные реальные права и обязанности их по отношению к совместно нажитому имуществу, детям и т.д.

ИС сталкивается с окружающим миром двояко: непосредственно (ваш автомобиль налетел – упаси Госпо­ди! – на придорожный столб; при этом ни у вас, ни у прибывших сотрудников дорожно-патрульной службы не возникает сомнения в реальности автомобиля, столба, аварии, приведшей к материальному ущербу) и когнитивно – путем отображения в мозгу ИС. При этом m-объекты, формируемые в интеллектуальных сферах участников и свидетелей, конечно, разные. Процесс составления протокола аварии имеет своей целью выработку единой, официальной точки зрения на происшествие, но и после его составления, и да­же подписания всеми участниками, уверенности в том, что синтез единого с-объекта произошел, нет. Вот мы и пришли к идеалистической, практически солипсистской трактовке – что для каждого из участников рассматриваемого инцидента «объективно» существуют только его собственные (субъективные!) ощуще­ния и ментальные конструкции, m-объекты. Конечно, все это до определенной границы, за которой винов­нику придется расплачиваться за нанесенный ущерб и ремонт техники вполне конкретными, «материаль­ными» деньгами.

Граница между физическим и культуральным миром возникает, в первую очередь, в результате естест­вен­ного различия между p-объектами и их культуральными коррелятами, субъективными образами и ин­терпретациями, которые создают познающие мир системы. Рассмотрим объект «Проект строительства канала» (4, рис. 1). Как p-объект (на схеме он не выделен) – это множество печатных листов, содержащее определенный текст. С соответствующим c-объектом связывается определенная семантическая и праг­ма­тическая интерпретация. Информация, которую извлекает каждый субъект при знакомстве с этим c-объек­том, различна и определяется профессиональной ориентацией, теоретическим багажом и опытом практи­ческой работы читающего, его целями, привходящими обстоятельствами – в том числе, личными отно­ше­ниями с начальством, смежными организациями и т.п. Сложность и неоднозначность оценок культураль­ных объектов – одна из основных трудностей создания систем управления ОС.

Еще одна методологическая трудность заключается в том, что c-объекты могут играть роль p-объектов, объектов, находящихся вне познающей мир системы. Так, преподаватель целенаправленно формирует у учащихся систему определенных c-объектов – знания и умения в определенных ПОб. Последующие экза­мены как раз и направлены на выявление «объективной» картины в представлениях учащихся.

Одна из задач, перманентно решаемых человеческим обществом – стремление к экспликации m-объек­тов. Наука, ее передний фронт работает, в боль­шой степени, в области субъективных, m-категорий. С те­чением времени, вырабатывается определенная парадигма, создается научная школа. При этом первона­чально субъективные концепции (m-концепции), становясь достоянием множества специалистов, поддер­жи­ваемые научными публикациями, обменом информацией на конференциях, конкретными прикладными результатами, начи­нают постепенно приобретать все большую объективность, становясь культу­ральными объектами, т.е. объектами, созданными (эксплицированными) в процессе человеческого мыш­ления. Нако­нец, новая теория, проработанная отрасль науки входят в учебные пособия и начинают пре­по­даваться ши­рокому кругу студентов, приобретая «как бы» объективность. Вот это «как бы» становится очевидным, когда разными научными школами в рамках разных парадигм создаются разные эмпиричес­кие теории. Некоторые с-объекты, в конце концов, могут найти физическое воплощение в виде реальных р-объектов.

Поясним приведенные выше соображения. Вернемся к конкретному схематическому примеру – фрагмен­ту ноосферно-семиотической объектной структуры ПОб (рис. 1). Предметная область представляет собой часть универсума. До возникновения ноосферы - в отсутствие ИС - универсум состоял бы исключительно из р-объектов естественного происхождения (Земля, гравитация, электромагнитные волны, химические элементы, минералы, животный, растительный мир и т.д.). ИС воспринимает их с помощью своих органов чувств, измерительных приборов, дополняя складывающуюся картину своими представлениями, сообра­жениями, гипотезами, логическими умозаключениями.

Данное представление поддерживает материалистическую гипотезу о первичности материи. Существова­ние m-сущностей возможно лишь в сознании мыслящих субъектов, являющихся их носителями, которые должны были существовать до того, как возникла мысль. Мысль без материального носителя – бессоде­р­жательное понятие. Невозможно создать картину при отсутствии кисти, красок и холста. Формирование соответствующих с-сущностей происходит в социуме на базе определенных m-сущностей. Происходит и обратное: трансформация с-сущностей в m-сущности отдельных индивидуумов в процессе обучения и во­спитания. Эти процессы неотделимы от появления языков человеческого общения, выполняющих двой­ст­венную функцию – мыслительную и коммуникативную.

Предположим, что у некоего субъекта – автора – возникла идея строительства канала (1), рис. 1. Это – су­бъективная сущность (m-ent), доступная восприятию исключительно ее автора. Далее, с ней знакомится некий эксперт, который создает в своем мозгу представление об идее (1): сущность (2). Так же, как и исхо­дный авторский замысел, это полностью субъективное представление: нет никаких гарантий относитель­но степени адэкватности его предмету исследования, формирование его подвержено многим неконтроли­руемым и неявным факторам (образовательный ценз, опыт практической работы, информированность, принадлежность к той или иной профессиональной школе, парадигматика и т.п.).

Результат работы эксперта – создание культурального объекта – c-ent (3) – отзыва на авторское предло­жение о строительстве канала. С этого момента мнение эксперта становится доступным другим субъек­там – состоялся переход сущности из субъективной ментальной категории в культуральную – объективи­за­ция, а точнее, экспликация ментального представления.

Предположим, что идея строительства рассматриваемого канала встретила поддержку и появляется но­вый культуральный объект – «Проект строительства канала» (4). Он возникает в результате труда многих людей, на основе анализа многих документов, справочных материалов и т.п..

Предположим, далее, что, наконец, спроектированный канал построен физически. На нашей схеме это за­фиксировано с помощью p-сущности (5). Автор первоначальной идеи, ознакомившись с ее фактическим во­площением, может сформировать в своем сознании представление об ее реализации (6).

К чему же мы пришли в результате этого рассуждения?

Во-первых. Нам следует утвердиться в мысли, насколько тесно переплетаются в информационном, семи­о­тическом плане три выделенных нами мира – физический, ментальный и культуральный.

Во-вторых. Мы убеждаемся в том, что целенаправленное поведение человеческого сообщества в наше время должно рассматриваться с позиций ноосферных представлений о естественном триединстве рас­сматриваемых нами семиотических категорий. Этот вывод идет несколько вразрез с традиционным «чис­тым» научным подходом, предостерегающим нас от смешения материального и «идеального», выстраи­ва­ю­щим непроницаемый водораздел между этими мирами.

В третьих. Создавая современные компьютерные экспертные и управляющие системы, претендующие на высокий уровень адэкватности реалиям и компетентности при принятии решений, необходимо научиться корректно работать с объектами всех трех миров. В частности, если традиционно в науках по управлению рассматривался процесс однократного отображения реалий физического мира компьютерной системой представления знаний, то корректная ноосферная трактовка процесса взаимодействия ИС приводит к не­обходимости правильного учета феномена рефлексии m-сущностей. Грубо говоря – взаимодействуя с су­бъектами, наделенными интеллектом, нам приходится учитывать, как ими воспринимаются наши идеи и представления. Ошибка выполнения уже этого – первого уровня рефлексии – может привести к нежела­тельным результатам. И это в то время как для достижения успеха коммуникативных актов и, в конечном счете, целенаправленной деятельности с учетом человеческого фактора, необходимо учитывать не ме­нее двух, а иногда и больше уровней рефлексии [Лефевр, 1973].

В процессе эволюции, роль человеческого фактора все росла, и в настоящее время, особенно там, где речь идет об управлении оргсистемами, не может игнорироваться. Поэтому необходимо корректно учиты­вать особенности «идеальных» - ментальных и культуральных объектов, эффективно координируя эти про­цессы с деятельностью, связанной с р-сущностями. Все это – в условиях, характеризуемых множес­т­вом усложняющих факторов: неполная, недостоверная, ненадежная, неточная информация, ошибки всех возможных родов, работа с неполностью наблюдаемыми и неполностью контролируемыми системами.

Как m-, так и с-объекты обладают разной степенью объективности, точности отражения, моделирования свойств прототипного d-объекта и располагаются в разных точках оси абстракции, берущей начало в ПОб. Ее второй конец соответствует чисто абстрактным объектам. В качестве прототипного объекта может вы­с­тупать любой (р-, m- или с-) объект ПОб.

Мы приходим к выводу, что в любых системах организационного управления, равно как и в любых систе­мах представления знаний, необходимо четко различать предметный статус сущностей, с которыми мы имеем дело.

Автоматизация управления в оргсистемах потребовала пересмотра и уточнения проблем семиотики, под­ходов к построению моделей предметной области в рамках ноосферных представлений. Целью данной работы было уточнение статусов сущностей, с которыми приходится иметь при этом дело. Предложено разделение предметной области на три составляющие – физический, ментальный и культуральный мир с последующим явным учетом этих статусов при построении семиотических моделей. Дальнейшие иссле­до­вания в этом направлении будут направлены на разработку методов описания целенаправленной дея­тельности по управлению оргсистемами с учетом конкретного ноосферного статуса рассматриваемых су­щностей.

[Вернадский, 1943] Владимир Иванович Вернадский, Несколько слов о ноосфере, 1943-1944, Из Архива В. И. Верна­дского: http://vernadsky.lib.ru/ .

[Пришвин, 1957] М.Пришвин, Собрание сочинений, т. 5, М., 1957, 683 с.

[Kuhn, 1962] Thomas Kuhn, The Structure of Scientific Revolutions, University of Chicago Press, 1962

[Уемов, 1963] А.И.Уемов, Вещи, свойства и отношения, АН ССР, Институт философии, Издательство АН ССР, М., 1963, 184 с.

[Frege, 1892] Gottlob Frege, Über Sinn und Bedeutung, «Zeitschrift für Philoso­phie und philosophische Kritik» No. 100, 1892, pp. 25-50

[Church, 1956] Alonzo Church, Introduction to Mathematical Logic, Vol. 1, Prince­ton University Press, 1956

[Скороходько, 1962] Э.Ф.Скороходько, Информационный язык для технических наук, «Математическая и структурная лингвистика», № 1, Киев, ИК АН УССР, 1962, 50 с.

[Поспелов, 1975] Д.А.Поспелов, Большие системы. Ситуационное управление, М., «Знание», 1975, 64 с.

[Поспелов, 1986] Д.А.Поспелов, Ситуационное управление, Теория и практика, Сер.: Проблемы искусственного инте­ллекта, «Наука», ГРФМН, М., 1986, 284 с.

[Лозовский, 1979] В.С.Лозовский, Ситуационная и дефинитоpная семантика системы пpедставления знаний, "Кибеp­нетика", No. 2, 1979, стp. 98 – 101

[Лозовский, 1990] В.С.Лозовский, Сетевые модели, pазд. 1.3 в кн.: Искусственный интеллект, в 3-х кн., Кн. 2: Модели и методы. Спpавочник, п/p Д.А.Поспелова, М., "Pадио и связь", 1990, стp. 28 - 49

[Lozovskiy, 1998] Lozovskiy Vitaliy (UA): Common Sense Semiotics, Conference Proceedings: Know­ledge-Based Software Engineering (Smolenice, Slovakia), P. Navrat and H. Ueno (Eds.), IOS Press, Amsterdam, Berlin, Oxford, Tokyo, Wa­shin­gton, DC, ISSN: 0922-6389, ISBN: 90 5199 417 6 (IOS Press), 1998, pp.232-240

[Lozovskiy, 1999] Vitaliy Lozovskiy, On the Road to Parasemiotics, ASC/IC'99 - Труды 4-го междуна­родного семинара по прикладной семиотике, семиотическому и интеллек­туаль­ному управлению, Институт программных систем РАН, Российский университет дружбы народов, Российская ассоциация искусственного интеллекта, Москва, октябрь 1999, ISBN5-89574-064-2, с. 158-166

[Лефевр, 1973] В.Лефевр, Конфликтующие структуры, «Советское Радио», М., 1973.